Дышать театром

В театральных вузах конкуренция настолько большая, что будущие актеры бьются не на жизнь, а на смерть за возможность учиться у лучших мастеров. Кто-то сдается и идет на другие специальности, а кто-то, как наша героиня, решает, что будет идти до конца

Попытка один. Корона и слезы

«В общем, рассказываю про каждый год этого ужаса. Первый раз я поступала во время школы, это был одиннадцатый класс. Вступительные же начинаются с конца марта, и первым делом я пошла в школу-студию МХАТа. Как сейчас помню, что это было третьего апреля – в мой день рождения. Я очень хорошо запомнила, что именно в этот день я пошла на этот тур. Ничего особенного про поступление во МХАТ в тот раз я сказать не могу – первые этапы вступительных прошли для меня быстро и легко. Я просто прочла программу, и комиссия, ничего у меня не спросив, сразу перекинула меня на третий тур. У меня сразу же появилась корона на голове (спойлер: мне ее быстро сбили в Щуке).

Школа-студия МХАТа. Фото: artkassir.ru
Школа-студия МХАТа. Фото: artkassir.ru
Будьте готовы к тому, что вам придется проводить вступительные экзамены в ожидании и в очередях. Так у меня было с Щукинским театральным институтом. Я отстояла эту очередь, и меня (и еще примерно человек девять) завели в аудиторию. Первым делом нас спросили, кто на каком туре сейчас. Все молчали. А я же уже на третьем туре была и думала, что это признак того, что ты либо поступил, либо точно куда-нибудь поступишь, поэтому решила похвастаться – сказала, что на третьем во МХАТе. Умные ребята ничего не сказали, другие, как и я, стали отвечать на вопрос. В итоге я ужасно прочитала, мне дали по башке, и моя недавно обретенная корона быстренько слетела.

Фото: rewizor.ru
Фото: rewizor.ru
Теперь расскажу о третьем туре МХАТа, который проходил уже летом. Изначально я должна была зайти во второй десятке, но как-то так получилось, что я оказалась в одной из последних. Я встаю, начинаю читать, а меня просят спеть. Я беру гитару, играю на ней и понимаю, что она расстроена. Что я делаю в этот момент? Теряюсь. Далее меня просят прочитать что-то из стихотворений поэтов двадцатого века. И я настолько растерялась, что забыла всех и начала читать Пушкина. У меня в этот момент крутится мысль: «Ты дура, что ты вообще читаешь». Я помню глаза комиссии, свое удивление от того, что сделала. Естественно, в этот момент я поняла, что не пройду.

Надо было спуститься на пару этажей вниз, чтобы узнать фамилии прошедших дальше. И я спускаюсь по лестнице и уже начинаю рыдать, как не знаю кто. Оглашают результаты, моей фамилии нет, у меня дикая истерика. Ко мне подходят успокоить, а меня это только больше бесит и раздражает.

Время близилось к полуночи, я звоню маме, а она категорически против моего увлечения театром. Она мне сказала, что ничего страшного не случилось, что я смогу еще раз попробовать свои силы позже. Я слушала ее и думала: «Блин, мать, ты мне это сейчас говоришь, потом спокойно пойдешь спать. А у меня только что мир рухнул».

На следующий день я улетела домой. Здесь у меня состоялся разговор, что надо куда-то поступать. И я пересдала обществознание в резервный день (а пропустила его из-за вступительных в театральных вузах), после полетела в Краснодар и подала документы на факультет Международных отношений. Вернулась домой и узнала, что в нашем городе тоже есть театральный факультет. Они были готовы меня взять, но требовали оригинал аттестата, который находился в другом городе. Я, никому не сказав, улетела в Краснодар, забрала все свои документы и пошла учиться в местном университете. Конечно, это привело к тому, что дома были постоянные скандалы и ссоры.

Попытки два и три. Упорство

Про вторую поездку в Москву мне рассказывать особо нечего – я ее просто-напросто не помню. Это была моя самая неудачная из трех попыток, и я, по-моему, даже ехала уже с ощущением полнейшего провала. И, когда я не поступила, я даже не расстроилась. Поэтому рассказ о второй попытке я пропущу и перейду сразу к третьей.

В третий раз я полетела в 2018 году, о чем никто не знал, кроме моей бабушки и пары моих знакомых (даже в универе, в котором я учусь, никто до сих пор не в курсе). Почему я не сдаюсь до сих пор и езжу поступать еще и еще? Я не знаю, почему так. Но, если я не поеду и не попробую свои силы, я себе этого не прощу. Возможно, это спортивный интерес или моя упертость, но мне жизненно необходимо поступить. Я хочу учиться в одном из московских театральных вузов. Сейчас я более зрелая и поняла, что никого не надо слушать, в каждом университете разные мастера, которые любят совершенно разные вещи. Ты хоть убейся, но всем им не угодишь.

Я уходила в уголочек, никого не слушала, включала музыку в наушниках и просто сидела. И меня даже стали раздражать толпы абитуриентов, которые садятся вместе, поют песни, что-то обсуждают и ведут себя очень уверенно (потом эта уверенность зачастую превращается в слезы).

В этот раз самое тяжелое поступление у меня было во МХАТе. Была очень неорганизованная очередь, и это было ужасно и мерзко: толпа даже не людей, а дикарей пыталась ворваться в здание. Меня туда занесло потоком. Во МХАТе я слетела с первого тура.

Здание ГИТИСа. Фото: moscow.zagranitsa.com
Здание ГИТИСа. Фото: moscow.zagranitsa.com
Как я уже говорила, в этом году я приехала на творческий конкурс более взрослой и зрелой. И если первый год у меня была детская обида – «вы меня не взяли», «вы вообще ничего не понимаете», то сейчас я понимаю, что это не моя и не их вина – просто я не подхожу, я не типаж.

В ГИТИСе я прошла до третьего тура у Олега Меньшикова. Это для меня просто нонсенс был – я прошла в ГИТИС до третьего тура аж! А в щуке (к этому вузу у меня отдельная любовь) я пришла на отборочные прослушивания, и меня прослушала Николаенко. Она попросила зайти (ей очень понравилось, как я напористо читала Татьяну). Николаенко перекинула меня с нулевого на третий тур. Естественно, я обалдела и была на седьмом небе от счастья, но вместе с тем я уже понимала, что это ничего не значит.

Летом я приезжаю на третий тур. Я должна была зайти в третьей десятке, но про меня забыли и не позвали. Я провела в ожидании в щуке часа три, пропускала каждую десятку, ждала перерыв и вошла в последней десятке. Прочитала я на троечку, если честно, но у меня была еще надежда, что меня возьмут. Жду оглашения, мою фамилию не называют, и у меня внутри все в один момент сломалось, лучше бы мне все кости переломали вместо этого.

Я стою молча, не отвечаю на вопросы друзей, потому что понимаю, что если скажу что-либо, то у меня польется водопад из глаз. Выхожу из здания, иду во дворы, сажусь на бордюр и начинаю рыдать. Я плакала минут десять, мне было настолько плохо, не знаю, как это описать. Это как ребенок. Когда он чего-то хочет очень, а ему этого не дают. Мне было мерзко произносить слово «театр», без преувеличений.

Но сейчас я знаю, что будут еще и следующие попытки поступить – я не могу это так оставить и бросить все на полпути. Это мое, и, если я чего-то хочу, я должна это сделать.»

Респондент: Аноним

Есть что сказать?

Стань первым!

200
wpDiscuz